Наследие предков

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наследие предков » 9-й Научный отдел "OST" » Конфуций и его учение


Конфуций и его учение

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Прим. автора: Работу писал очень давно, так что возможно она не во всей полноте отражает глубинный смысл и суть учения Конфуция.
http://i065.radikal.ru/1003/32/e48cd3d296c0.jpg

Китай - одно из древнейших цивилизованных государств мира. Его письменная история составляет почти пять тысячелетий, а идеал высокой древности, вечности Небесной империи и в современных условиях побуждает китайских мыслителей соизмерять современность с уходящими вглубь тысячелетий корнями великой китайской культуры.
В древнем Китае, в 8-6вв. до н.э., как и в идеологии, так и в политике четко вырисовывались две тенденции – консервативная и прогрессивная, мистическая и атеистическая.
В ходе борьбы этих двух тенденций все шире распространялись наивно-материалистические идеи о пяти первоэлементах вещей ( металле, дереве, воде огне, земле), о противоположных силах (инь и янь), о естественном пути (дао) в природе и др. возникающие еще на рубеже 2-1 тыс. до н.э., как результат обобщения первоначальных знаний того времени. Однако формирование философских течений относится к 6-5 вв. до н.э.
Между этими течениями велась напряженная борьба на протяжении почти трех столетий, которая, несомненно, была связана с крутым переломом в истории древнекитайского общества.
Сильнейшее влияние на развитие китайской философии оказала изолированность Китая от остального мира. На востоке и на юге простирались воды океанов, а на западе и севере располагались непреодолимые горы и пустыни; таким образом, китайская философия развивалась еще более изолированно и независимо, чем индийская. Это имело свою положительную сторону: китайская культура на протяжении тысячелетий сохраняла свою целостность.
С другой стороны, недостаток изменений означал отсутствие многообразия и даже своеобразный застой в культуре. Тем не менее, не вызывает сомнений то, что китайская культура породила одну из трех величайших философских традиций мира.
В то время как Запад развивал рациональное начло, а Индия – духовное, Китай создал величайшую традицию этики и цивилизации, продемонстрировав уникальную модель сосуществования людей. 
В истории древнекитайской идеологии важное место занимает конфуцианство, основоположником которого был Конфуций (551-479).
Он внес серьезный вклад в развитие китайской культуры.
Ему приписывается составление ряда древних книг ( «Книга песен», летопись «Весна и осень» и др.), в которых собрано культурное наследие прошлого. Он высказал ряд глубоких мыслей по вопросам воспитания. 
Трепетное отношение к традиции получило в Китае особый культурный смысл, что породило у европейцев представления о Китае как обществе традиционалистского ( патриархального) типа.

В истории цивилизации Конфуций стоит  в одном ряду с таким и основателями религий как Заратуштра, Иисус Христос, Будда и Мухаммед; он оказал исключительно большое влияние на образ жизни и сознание китайского этноса, на формирование стереотипов поведения китайцев и их способа мышления.
Развитие китайской философии часто рассматривается как диалектическое, где конфуцианство представляет собой тезис, даосизм и буддизм – антитезис, а неоконфуцианство – синтез.
Для китайской культуры, Конфуций значит не меньше, чем Сократ – для западной.
Термин «конфуцианство» происходит от латинизированного имени основателя этого религиозно-этического течения Конфуция (кит. Кун Фу-цзы – «Учитель Кун»), жившего в период 552-279гг. до н.э.
Стоит заметить, что термины «конфуцианство» или «конфуцианец» не характерны для китайской культуры. Здесь используется понятие жу, что означает «образованные люди». Так же как Сократ считал себя философом, жу являлись представителями образованной  элиты, размышлявшими над философскими проблемами. Они говорили о Пути, или дао,  но отделяли себя от неортодоксальных философов, таких, как даосы, и от буддистов. Подобно как в Индии к астике относились те школы, которые принимали Веды в качестве откровения, жу назывались те, кто считал истинной философию Конфуция. В некотором смысле было бы правильнее называть их не конфуцианцами, а ортодоксальными китайскими философами [3,119].

Имя «Конфуций» впервые стало известно на западе благодаря иезуитам, обосновавшимся в Пекине в 1583г. Вскоре Конфуций стал на Западе олицетворением китайской мудрости: « Китай представлял в сочинениях иезуитов великой просвещенной империей, если не превосходящей Европу по уровню своего развития, то, по крайней мере, не уступавшей ей. Единственное, чего не хватало Китаю, как были уверены они, так это религии откровения, а точнее – христианства.
Иезуиты усиленно пропагандировали образ Китая как исключительно секулярного общества. В принципе лишенного религии, поскольку конфуцианство, утверждали они, вообеще не является религией ( это некая гражданская доктрина, политическое учение и нравственная философия)…»[4,11]

Тем не менее, мы не можем сказать что значение Конфуция для китайской культуры преувеличивалось.
Конфуций, несомненно, является наиболее влиятельным деятелем китайской культуры. Документальные свидетельства о жизни Конфуция относительно непротиворечивы, что в то время имело место далеко не всегда. «Беседы и суждения», в которых изложена философия Конфуция, по всей вероятности, начали составляться спустя многие годы после его смерти и на протяжении одного или двух веков подвергались редактированию. Однако записки о его жизни не содержат  сообщений о сверхъестественных или невозможных событиях. 
Согласно Мен-цзы, некоторое время Конфуций занимал пост мелкого чиновника, ответственного за хранилища, а затем – за скот. В конечном итоге Конфуций стал учителем. Он был первым зафиксированным в документах учителем в Китае, хотя, согласно довольно сомнительной легенде, он сам учился у Лао-цзы, Конфуций обучал езде на колесницах и стрельбе из лука, но тяготел к изучению традиций и церемоний. 
  Важнейшим достижением Конфуция была не его политическая деятельность, а то, что он основал школу ( вероятно это произошло между 30-40 годами его жизни). Его учение и личное обаяние оказали огромное воздействие на его учеников.
Конфуций считается автором или редактором нескольких книг, известных в наши дни как конфуцианский канон, включающий «Книгу перемен», «Книгу ритуалов». Тем не менее, в огромном корпусе конфуцианских сочинений единственным трудом , большая часть которого отражает учение Конфуция, являются «Беседы и суждения». Однако эта книга является не сочинением самого Конфуция, а более поздним собранием афоризмов, приписываемых ему и некоторым из его учеников.
Как и в случае с другими восточными культурами, сложно сказать, являться ли конфуцианство философией или религией. В споре по поводу того, является конфуцианство религией или просто этической философией, обе стороны окажутся в равной степени правы.
Конфуцианство выражает собой восточный тип религиозного сознания, хотя Конфуций не знает понятия «Бог», но знает «Небо» обожествляемое в Древнем Китае – оно для Учителя лишь критерий истины, с которым надо вечно себя сверять, а не объект поклонения.
Конфуций предложил людям не столько политическое или духовное учение, сколько  чисто этическую систему. Важно сначала исправить людей, очистить их, вернуть к нормам поведения, а все остальное  ( и государство в том числе) постепенно само придет в равновесие.
Надо больше интересоваться не политикой или экономикой, а состоянием души человека. Время показало, что это наиболее удачная жизненная философия: с одной стороны, она признавала мир духов, общение с Небом, с другой – призывала больше внимания обращать на соблюдение простейших этических норм в повседневной жизни.
Конфуцианская философия, как и даосское учение, превратились в популярную форму религии, конкурирующую с буддизмом . Ни одно из этих учений не берет на себя роль «истинной религии», поэтому считается, что они мирно сосуществуют.
Тем не менее, конфуцианство было первой  целостной системой, сформировавшейся в Китае, на протяжении веков оно пользуется  большим влиянием, чем два других учения.

Учению Конфуция была уготована сложная судьба: оно то превращалось в основополагающий принцип правления, то подвергалось страшным гонениям. Например, во времена правления первого императора Шихуанди (династия Цинь 3 в. до. н.э) создается централизованное государства на территории Китая, было сожжено множество конфуцианских книг, убиты сотни последователей  Конфуция. Тогда к власти пришли последователи легизма – учения об управлении общества и государством. Они являлись ярыми противниками конфуцианств и отвергали  лозунг Конфуция: « Правление через добродетель, через соблюдение норм поведения и образование народа» Легисты ( законники) устанавливали новые строгие законы и довольно жестокими методами заставляли их соблюдать.
Однако конфуцианство быстро сумело оправиться и настолько глубоко проникло в политическую культуру и социальную систему Китая, что осталась официальной идеологией страны вплоть до 1913г. В политике оно нашло компромисс с легизмом, в народной духовной практике – с даосизмом.
Став идеологией верхов, конфуцианство не могло быть простым течением мысли, допускающим разные интерпретации. Для обеспечения стабильности государства и надежности функционирования чиновнического аппарата это учение должно было быть приспособлено для управления государством и обществом и стать руководством для каждого члена общества.
Уже в эпоху Хань слова «конфуцианец» и «китаец» становятся синонимами. В этот же период начинается работа по восстановлению сожженной Цинь Ши-хуанди конфуцианской литературы.
В 555 г. издан императорский указ о возведении в каждом городе храма в честь Конфуция и регулярных жертвоприношениях в этих храмах.
В конце 19 в. в Китае было 1560 храмов, посвященных Конфуцию,  где одновременно размещались и экзаменационные залы для чиновников [11,69].

Чжу Си  кодифицировал учение конфуцианства, его комментарии стали основой экзаменов для чиновников, введенных в 1313г и просуществовавших в неизменной форме около 600 лет. Возможно, это наиболее яркий пример влияния конфуцианства на западную цивилизацию: эти испытания стали образцом экзаменов, которое начала проводить Ист-Индийская компания, что, в свою очередь, заложило основы системы государственного образования в Британской империи, а затем и во всем западном мире.

0

2

Мистико-метафизическое значение ритуала в
                      философии  Конфуция.

Китайская философия создала самобытное представление о человеке и мире как созвучных реальностях. Начало китайского философского мышления, подобно тому как это было позже в Древней Греции, уходит своими корнями в мифологическое мышление. В китайской мифологии мы встречаемся с обожествлением неба, земли и всей природы как реальностей, образующих среду человеческого существования. Из этой мифологизированной среды выделяется наивысший принцип, который правит миром, сообщает существование вещам. Этот принцип иногда понимается персонифицировано как наивысший правитель (шан – ди), но чаще он представляется словом “небо” (тянь).
«Нормативную программу Конфуция кратко можно определить как этику ритуала. Самое важное открытие Конфуция - это открытие человека как особой реальности. Если формы бытия выстроить в иерархическую лестницу, считая землю низом, а небо верхом, то человек занимает срединное положение. С одной стороны, человек скован своими страстями, безнадежно самолюбив; "Я не видел, чтобы человек мог, заметив свои ошибки, осудить себя в душе",  - говорит Конфуций. С другой стороны, он стремится к дао - воле неба, правильному пути, высшей гармонии, вечной правде, средоточию истины и справедливости, тому центру, который все стягивает к себе; "если утром познаешь правильный путь, вечером можно умереть», - пишет А.А. Гусейнов [15].

«В основе мистического учения Конфуция лежит понятие «ли» - правило или Ритуал. Это - особые формы поведения, речей, мысли и устремлений, которые приводят человека в постоянное соприкосновение со священными небесными силами. Тогда человек достигает состояния «цзюньцзы» - «благородного мужа», по сути - посвященного мага. В противоположность ему обычные люди («мелкие люди») лишь вовлечены в мирские заботы и не могут вступить в связь с высшими силами»[16].

«Учение Конфуция часто характеризуют как социальную этику. И, действительно, в центре его учения -  образ совершенного человека ( цзюнь-цзы)»[1,45].
Подобными эпитетами, как правило, характеризуется значение «ли» -ритуала в учении Конфуция:  такой подход к рассмотрению данного 
аспекта философии Конфуция, безусловно можно считать не полным. 

Как и в случае с Платоном, ( а именно влияние на его взгляды орфико-пифагорейского, прежде всего мистического, культа, а уж затем философского), с Конфуцием дело обстоит подобным же образом – зачастую игнорируется мистическая основа значения ритуала.
«Третьим важнейшим принципом конфуцианского учения является «ли» - означающий церемонии, ритуал.
Церемонии – внешнее выражение почтительности и преданности установленному  порядку, они оказывались весьма сложными и длительными, точно расписывающими поведение человека в любых ситуациях и регламентирующими его. И только неукоснительное соблюдение «ли» может обеспечить порядок в Поднебесной, предотвратить волнения смуты и мятежи», - сообщает В. А. Кондрашов, - из прочитанного следует, что лишь «ли» - есть просто « неукоснительное» соблюдение» - определенного набора правил, для обеспечения порядка в «Поднебесной» - и только, однако стоит заметить, что на самом деле «ли» не является просто силой и следствием традиции – отличительной чертой всякой религии. Но что такое традиция? Просто свод правил, моральное предписание и только?
Но сколько раз в истории человечества пересматривалась мораль, традиция  и ее предписания? Сколь много раз попирались ее устои – нет, подобная трактовка лишена основания!  Значение  ритуала «ли» при подобной постановке вопроса – просто теряет свой смысл, но приобретает его лишь в свете рассмотрения его с мистическо-метафизической точки зрения – той глубинной психологической основы (архе),  которая содержится в основе практически всех религий – именно эта основа –  мистическое учение о человеке как части природы и содержит в себе то безначальное, что и делает учение Конфуция универсальным учением и до сего дня. 
   Подобно Будде Конфуций не интересовался вопросами онтологии и гносеологии, тем не менее источником нравственных требований и ценностей он полагал небо (Тьнь) как высшую творческую силу,  действующую в природе и обществе. Небесное веление есть судьба, которой подчинены и люди, и государства, и человек должен беспрекословно следовать воле неба.

Конфуций изменил представление китайцев о божественном, хотя говорил об этом очень мало.  В периоды древних царств почитали Шан-ди ( «верховного владыку»). Конфуций иногда упоминает Тянь ( «Небо» или «Природа»), но отказывается говорить, как это делают другие, о Пути или Воле Тянь. Это означает отказ от существовавшего понятия об олицетворенном и активном моральном авторитете. «Для Конфуция и его последователей моральный авторитет обезличен, его руководство осуществляется с помощью  законов природы. Было бы неверно назвать Конфуция атеистом, поскольку он признает владычество Тянь, однако в его учении нет олицетворенного божества».

Однако несмотря на подобную туманную трактовку, по моему мнению, стоит поставить вопрос: «Какова роль «Неба» и значение ритуала «ли» в учении Конфуция»? 
На основе наследия своих предшественников  основатель конфуцианства разработал концепцию о Небе как о единой первосущности. Конфуций заимствовал первобытные верования: культ умерших предков, культ Земли и почитание древними китайцами своего верховного божества и легендарного первопредка – Шан-ди. В учении Конфуция он стал ассоциироваться с Небом как высшей божественной силой, определяющей судьбу всего живого на Земле. Генетическая связь с этим источником мудрости и силы была закодирована и в самом названии страны – «Поднебесная», и в титуле ее  правителя – «сын Неба».
Конфуций разделял положение древних о том, что человек – это высшее существо среди всех в проявленном мире, рожденное для служения природе и достижения ее цели – продолжения сотворения жизни. Космическое предназначение человека, по китайским представлениям, в идеальном варианте – вселенской личности – кроется в его потенциальном даре взаимодействовать с Небом и Землей ( природой), являя вместе с ними три мировых начала.
Как «средоточие Земли и Неба», идеальная личность органично вписывается в живой космоорганизм, а мудрец выступал как ведущее звено этого мироустройства. Вторить природным закономерностям, хранить все сущее, любить живое – были сверхзадачей китайской культуры.
Осознавая себя неотъемлемой частицей животворного и животворящего вселенского бытия, мудрецы, повинуясь вечным законам космоса, творили жизнь, вторя мировому континууму. Тезис « начало жизни положено Небом, а поддерживает ее человек» был ориентирован и на общество. Великая миссия сына Неба, - « поддерживать то, что породило Небо и не причинять ему зла», т.е. действовать природосообразно. Мудрец обладал даром предвидения, позволяющим ему не нарушать меру, переводить состояния срединности и постоянства в гармонию: «Непроявленность всесилия и гнева, печали и радости называется срединностью, - читаем в «Ли-цзы», - когда они проявляются в надлежащей степени, это называется гармонией».
«Вполне действенен принцип  «воздействие-отклик» и в сфере социальной мысли. Здесь важно иметь в виду то обстоятельство, что традиционная китайская мысль рассматривала общество как интегральную часть космоса, граница между природой и социумом не проводилась. Универсум природы и универсум социума образуют единое целое, оказывая друг на друга влияние по принципу «воздействие –отклик»: поступки человека воздействуют на космос, откликающийся на эти поступки небесными знамениями или иными природными явлениями. Значение симпатической парадигмы воздействия –отклика было столь фундаментальным для китайского осмысления, что даже буддизм, инкорпорировавший представления о причинности в свою теорию кармы, ничего здесь не изменил», - пишет профессор Торчинов, и далее: «Таким образом, мир китайской культуры – это мир, в котором поведение человека может вызвать  стихийные бедствия или, наоборот, процветание и покой, а все феномены природного и социального универсума образуют единую динамическую систему, основанную на постоянном резонансном взаимодействии всех элементов по принципу «воздействие-отклик», в свою очередь опирающемуся на симпатию подобного. В древнекитайской культуре Вселенная мыслится как иерархически организованное целое, или организм, в котором каждая его часть воспроизводит целое ( известный современной науке голографический принцип). Человек есть микрокосм, вполне изоморфный макрокосму универсума и воспроизводящий как бы план космоса. Человек соучаствует в жизни космоса, подобно тому как и космос реагирует на события жизни человеческого общества» [4,68].

Назначение мудреца сводилось к совершению девяти подвигов «взращивания жизни». Первые шесть распространялись на все сущее, воплощенное в пяти, понимаемых как живые, первоэлементах: воде, почве, металле, огне, дереве. Условием этого гармоничного взаимодействия с природой выступали другие три подвига, или служения: приведение в норму, выявление космической благодати в самой личности мудреца, оказание помощи высветления благодати у других поддержание жизни людей.
Совершенствование человека выступало как космический, природный императив. Применительно к личности ритуал имеет два аспекта. Внутренний  - это «принцип», закон жизни и саморазвития, а также внешний, где  ритуал выступает средством совершенствования социума. В  этом контексте  ритуал выступает в образе-понятии «Устоя в отношениях верха и низа» а человек целостно и органично вписывается в этот живой. Вечно меняющийся организм космоса. При этом человек-мудрец сам как основа» внутри природы, как неотъемлемое звено мироустройства обращался к ритуалу- внешнему средству-орудию теперь ради гармонизации социума.
  «Нельзя смотреть на то, что противоречит Ритуалу, нельзя слушать то, что противоречит Ритуалу, нельзя говорить то, что противоречит Ритуалу» В этом высказывании – исток и суть учения Конфуция. Подчиненность Ритуалу, правилам поведения, культурному началу – вот смысл жизни человека.
Ритуал – это встреча небесного и земного, особого рода символическое действие, позволяющее человеку познать себя в пространстве Космоса. Начиная с Чжоуской эпохи именно Ритуал становился фундаментальным понятием, вокруг которого строилась вся культура.
Для Конфуция ясно лишь одно  - в самом факте человеческой жизни заложен глобальный смысл человека как существа культурного; вся жизнь должна быть превращена в Ритуал, тем более ее завершение.
Именно в свете денного мистического подхода и развивается дальнейшее учение Конфуция. Именно из мистики порождается этика ритуала, и учение О благородном муже, о совершенномудром – как хранителе срединного пути, как жреца, и посредника вселенского баланса между Небом и Поднебесной.
Идеальная личность  благородна, то есть удостоена небесного дара по рождению. Ее совершенство обусловлено ее органической приверженностью к «золотой середине» - этому «наивысшему принципу» древних, уже давно утраченному. В деяниях совершенномудрого по «взращиванию жизни»  ритуал выявляется как «внутренний принцип», обеспечивающий гармоничность идеальной личности и приобщающий ее к тайнам жизни, к постижению того, что гармония – способ сохранить изначальную природу человека целостной.
Совершенномудрому ведом закон «взращивания жизни» - закон общения внутри природы: во взаимодействии с миром человек воспринимает все сущее органами чувств. Согласно традиционным представлениям два мировых начала – женское и мужское ( инь-ян) порождают пять элементов и «семь видов жизненного эфира», вызывающие желания человека. Жизненный эфир проникает в рот человека как пять вкусов, видится глазом как пять цветов, в виде упорядоченных частей проникает в уши как пять звуков. Тем самым человек удовлетворяет свои желания. Но важно, подчеркивает Конфуций, чтобы желания-страсти не доминировали над личностью. Космический закон «взращивания человека» состоит в том, чтобы его взаимодействие с жизненным эфиром было постоянным, но не превышать меру. Иначе неизбежны болезнь-хаос, духовный и физический кризис.

Обладая чувством меры – этим законом жизни, Совершенномудрый живет с миром в гармонии и устраняет все вредное для природы человека. Совершенная личность живет в ладу с небесным принципом: соблюдение меры, как добровольное самоограничение ограничено для мудреца, не насилует природу. В этом смысле ритуал для идеальной личности – «космический принцип, которому он не изменяет»[5,391].

Находясь на страже двух миров, непроявленного и очевидного, совершенномудрый приобщает других к знанию меры, ладу с космосом и способу удовлетворения желаний. Мудрец ощущает внутренним слухом, зрением вибрации космоса в звуке, цвете, когда они еще не материализовались и не доступны для восприятия обыденному сознанию.
Благородный муж у Конфуция – источник знания принципа жизни – простым фактом своего бытия являет окружению гармоническое единство внутренней «работы сердца» и ее внешнего проявления. При осознании единства жизни космоса-природы и человека качества мудреца оказываются зримыми для других.
Человек как микрокосм подвержен тем же закономерностям, что и макрокосм-природа. И ритуал в руках мудреца, выполняя функцию меридиана между небом и Землей, способствует ритмическому проникновению живого эфира в человека, и он, живя в этом ритме космоса, упорядочивает свое поведение. Причастность совершенной личности к сердцу –магниту Вселенной выражает «срединность» ее положения.
Мудрец, осознавший космический ритм как всеобщий закон Вселенной. Познает саму жизнь. Бесконечную и прекрасную. Его знание, живое по структуре, органически заключает в себе и саму программу сотворения жизни.
Главная цель познания для мудреца – гармонизация социума и всего живого. Эту гармонию мудрец черпает в мыслеобразах Природы-Космоса.
Уподобление Небу-Природе дарует мудрецу единство природного и человеческого бытия. Природа для вселенской личности так же источник сакрального знания, неразрывного с гармоническим действие. Она являет единство внутреннего и внешнего, открывает для посвященного гармонию миров скрытого и явленного. Рассмотрение проблем ритуала, знания и нравственности под углом внутреннего и внешнего позволяет заключить: человеческое знание по структуре глубоко личностно, т.е. идентично структуре самой личности. По своей наполненности мудрость благородного мужа равна его нравственности и его первозданной природе, дарованной Небом. Мудрец как носитель чувства ритма, способен встроить себя как личность, а затем и весь социум в гармонию мира природы. Многомерность традиционного мышления, сводимого к тезису «одно во всем» и «все в одном», обуславливает необходимость единения, ведь все «десять тысяч вещей», включая человека, обмениваются жизненной энергией. В китайской мудрости решающее значение приобретает качественный  аспект: важно не столько расширить знание, сколько уметь гармонизировать общение сторон. Таков характер знания, неотделимого от восприятия ритуала в руках мудреца, действующего природосообразно в ритме чередования двух космических начал инь-янь. 

Однако познаваемо ли Небо, раскрываются ли при соблюдении ритуала свойства Неба-Божества – «жрецом» которого  выступает «совершенномудрый»?
В «Лунь юй» мы читаем: ««Учитель сказал: «Если утром познаешь правильный путь, вечером можно умереть», - итак, путь непостижим и невыразим, вероятно, как непостигаема и сама воля Неба, однако в основе конфуцианства лежит оптимистическое убеждение о гармоничном ( при соблюдении норм ритуала) симбиозе человека и Неба.
Одно из фундаментальных понятий китайской культуры, разделяемое Конфуцием, - понятие иерархии совершенства. Следование ему обеспечивает эволюцию социума по законам космоса, наглядно выявляя роль ритуала как средства сохранения и продления жизни. Различение высокого и низкого по степени совершенства ( т.е. степени энергетического потенциала) – это знак иерархии, вписанности личности и социума в бесконечный космический ряд «верха» - «низа». Иерархичность обеспечивала ритмичную циркуляцию жизненного эфира во всем космоорганизме, неся ему здоровье и постоянное обновление.
Одно из фундаментальных понятий китайской культуры, разделяемое Конфуцием, - понятие иерархии совершенства. Следование ему обеспечивает эволюцию социума по законам космоса, наглядно выявляя роль ритуала как средства сохранения и продления жизни. Различение высокого и низкого по степени совершенства ( т.е. степени энергетического потенциала) – это знак иерархии, вписанности личности и социума в бесконечный космический ряд «верха» - «низа». Иерархичность обеспечивала ритмичную циркуляцию жизненного эфира во всем космоорганизме, неся ему здоровье и постоянное обновление.
Человек в этой вертикали своего рода,  «средоточие духа и души», был концентрацией совершенного эфира пяти стихий-первоэлементов. Он по своему сознанию был отличен от всего остального резонирующего мира. Мудрость благородного мужа ( как одна из граней ритуала) давала ему осознание необходимости следовать иерархии как закону космоса.
Входя в ритм беспредельности, мудрец устанавливал связь со всем сущим, выполняя свое уникальное назначение: в то время как «Небо охватывает все вещи, совершенная личность рассматривает их по родам». В бесконечную иерархию, «лестницу существ» вписывались и души умерших предков, уходивших высоко в Небо.

«Выверяя вещи», мудрец помогает каждому в его совершенствовании. Экологичность ритуала проявлена в его трактовке в «Лицзи» как орудия благородного мужа на пашне чувств человеческих с целью их «успокоения». «Пустое ( т.е. открытое миру) сердце в состоянии вторить ритму Вселенной и усвоить «пять постоянств» Профилактическая функция ритуала также выражена в уподблении его плотине , способной уберечь от разбушевавшейся стихии и пресечь надвигающийся кризис. Мудрец, воздействуя на окружающих, утверждает норму поведения зримо и доступно посредством внешних обрядов и церемоний. Так, каждая личность, вписанная в свою экологическую нишу, оказывается в гармоничных отношениях с природой и социальной средой. «Упорядоченные сердца» , не входящие в противоречия с косморитмом, выступают средством осуществления связи в иерархии, устремленной в бесконечность. Ритмический лад сердца – сосредоточение всего живого – есть улавливание ритма самой жизни.
Таким образом, мудрец строил мир из первоначального хаоса и инструментом этого созидания было его искреннее сердце, как знак слитности его внутренней сущности и внешнего облика.
В «Лунь юе» мы читаем:  «Если направить народ на путь с помощью благодати, устанавливать порядок посредством ритуала, то народ будет знать стыд и будет знать стыд и будет упорядочен», то есть нравственно преображен и вписан в космическую иерархию.

Сознательная регламентация всех сфер деятельности, согласная ладу природы, обеспечивала эволюцию социума, индивида, наконец, продолжение самой жизни. Так нить ритуала связывала единый поток времени: прошлое, настоящее и будущее, когда все вершилось ради счастья грядущих поколений.
Обращение к ритуалу помогало обществу выжить в любых экстремальных условиях, гармонизировать потребности населения, в том числе при ограниченных материальных и природных ресурсах.  Идея, выраженная в «Шу цзине», - «чтобы достичь равенства, нужно неравенство» - стала центральной в китайской культуре [5,398].

Равно как в религиозных взглядах разных культур, Конфуций отнюдь не делает открытия – говоря об иерархии в обществе и особом месте царя или правителя в нем.
  Если в Египте фараон – был живым «воплощением бога»,  в более позднее время в Риме император носил титул  Pontifex Maximus  (Верховный жрец), то и в Китае, мудрому Конфуцию не удалось избежать подобного воззрения.
  «Поскольку  человеком  par excellence ( как бы репрезентантом рода человеческого) в китайской культуре считался император», - пишет профессор Торчинов, -  «универсальный монарх, его поступки оказывали особое воздействие на космос и вызывали особое воздействие на космос и вызывали  особенно отчетливую реакцию последнего. Так, недостойное поведение государя вызывало отрицательную реакцию Неба ( здесь – космос как целое), выражавшуюся в знамениях – появление комет, солнечных и лунных затмениях и т.д. Невнимание государя к этим знамениям усугубляло ситуацию: ( начинались стихийные бедствия ( землетрясения, наводнения, засухи) и народные восстания. Если государь не справлялся, его династия теряла свою харизму  («небесный мандат») [4,67].

Говоря о китайской картине мира, нельзя обойти вниманием онтологический  оптимизм китайской культуры. Космос есть Бог, Бог есть Космос, Космос гармоничный, упорядоченный, пронизанный потоками жизненной силы и сам представляющий собой живой пульсирующий сгусток энергии.
В китайском космосе нет места трагедии или переживанию кошмара существования, столь остро переживаемого гностиками. Это мир, наслаждающийся своей гармонией, проявляющейся и в долголетии и преждевременной смерти, и в приобретении и в утрате, и в победе и в поражении.
Итак, ритуал, безусловно содействовал воспитанию культуры чувств, приобщению к умеренности, сохранению моральных ценностей, сдерживая, в частности развитие потребительства в ущерб духовности.
Устойчивость китайского общества и государства, питавшая жизнеспособностью экологичной китайской культуры, во многом была обязана ритуалу.
Эту функцию единения-уподобления «одного со всем» в китайской мудрости играл образ «основы-утка», или космического ткача», творящего бесконечную нить космочеловеческой гармонии.
На земле этому «космо-ткачу» соответствовали немногие – именно из этой концепции и вырастает учение о «благородном муже».

0

3

Исправление имен.

Важным аспектом социального учения Конфуция, является  идея
« исправления имен», которую Конфуций называл первым принципом правления. В узком понимании это означает соответствие поведения языковым кодам, таким как «ли» и уголовные нормы. В широком смысле это предполагает, что человек должен исполнять роль, возложенную на него именем ( которое указывает так же на ранг или статус). Развитие этой идеи приводит к появлению идеи о принципиальной связи между формой и содержанием, внешним и внутренним.
Исправление имен сыграло важную роль в развитии китайской философии. Идея «исправления» возникла в связи с тем, что Конфуций считал, что имена и действия начали изменяться, что привело к глобальным искажениям. В частности, власть постепенно стала переходить от того, кто должен ею обладать ( это, прежде всего, император), к менее значительным фигурам. Власть перешла от императора к знати, от знати к министрам, а от министров к их чиновникам. В конечном итоге это привело к упадку империи.
Для Конфуция решение проблемы заключается в исправлении имен. Это имеет два основных аспекта: во-первых, «имена», которые носят люди, т.е. их должности или социальные роли (министр, земледелец, отец, сын, сестра, и т.д.) и их реальное поведение должны совпадать; во-вторых, слова и деяния должны соответствовать друг другу.
Конфуций был убежден, что только «нравственный закон» способен заставить народ повиноваться государственным указам. Эта идея лежит в основе его доктрины «исправления имен» (чжен мин), которая выдвигала требование соответствия действительного поведения и социального положения человека его этико-ритуальному статусу. Необходимость соблюдения этого требования он объяснял следующим образом: «Когда имена неправильны, суждения несоответственны, когда суждения несоответственны, дела не исполняются» только в случае соответствия реального положения социальному статусу, считал Конфуций, можно добиться от людей исполнения ими своих обязанностей. Цель доктрины «исправления имен» состояла, однако, не в том, чтобы вернуть власть наследственной аристократии, а в том, чтобы установить тесную связь между социальным статусом и соответствующими ему этико-ритуальными нормами. Иначе говоря,  права и обязанности каждого человека должны были получить ритуально-нравственное обоснование. Приоритет при этом оставался за нравственными нормами, и задача состояла только в том, чтобы придать этим нормам обязательный характер.
Цзы-лу спросил: «Вэйский правитель намеревался привлечь вас к управлению государством. Что вы сделаете прежде всего?»
Учитель ответил: «Необходимо начать с исправления имен. Цзы-лу спросил: «Вы начинаете издалека. Зачем нужно исправлять имена?»
Учитель сказал: « Как ты необразован, Ю! Благородный муж проявляет осторожность по отношению к тому, чего не знает. Если имена неправильны, то слова не имеют под собой оснований, то дела не могут осуществляться. Если дела не могут осуществляться, то ритуал и музыка не процветают. Если ритуал и музыка не процветают, наказания не применяются надлежащим образом. Если наказания не применяются надлежащим образом, народ не знает как себя вести. Поэтому благородный муж, давая имена, должен произносить их правильно, а то, что произносит, правильно осуществлять. В словах благородного мужа не должно быть ничего неправильного». (Лунь юй. 13.3)[3,142]

Концепция исправления имен Конфуция представляет собой плод осмысления социально-экономических изменений, приведших к дестабилизации китайского общества. Не случайно Конфуция в «Лунь юй» подчеркивал: « когда имена не правильны – суждения несоответственны, когда суждения несоответственны - дела не исполняются. Так, родовая знать теряла титулы и влияние, сановники-интеллектуалы отстранялись от управления страной, нарушились ритуальные правила поведения верхов по отношению к низам, высшими слоями общества предавались забвению традиции древней культуры – основа стабильности китайской цивилизации. В такой ситуации Конфуция призывал преодолеть себя и вернуться к мудрому образу жизни древних, запечатленному в ритуальной благопристойности ли, канонических письменных памятниках древней культуры, в титулах, рангах и должностях – мин, то есть ко всему тому, что еще оставалось в именах, но уже постепенно исчезло из реальной жизни общества[8,64].

Если говорить о подобном нововведении мудреца Конфуция, в контексте лишь одной этики или простого желания подобным методом изменить общество, то увы, подобный подход, мягко говоря, может показаться лишь причудой выдающегося философа, однако, возвращаясь назад к теме мистического значения ритуала, и рассматривая эту меру как магическое действо, то подобный подход (исправление имен) уже приобретает более глубокий смысл.
    В культуре Древнего Китая ( как и в других древних цивилизациях) широкое распространение получила «природная теория языка», согласно которой имена соответствуют идеально сущности тех вещей и явлений, которые эти имена обозначают. Но со временем это соответствие начинает нарушаться ( например, в силу того, что имена используют невежественные люди) Эта «порча» имен  приводит к ухудшению дел в мире. Примерно такой точки зрения придерживался Конфуций.
Он считал, что для восстановления порядка в мире ( как в обществе, так и в природе), прежде всего необходимо  исправление имен, т.е. изменение вещей в соответствии с их названиями. Один князь спросил Конфуция, в чем принцип должного правления. На это Конфуций ответил: « Пусть правитель будет правителем, министр – министром, отец – отцом, сын – сыном». Это значит, что тот человек, который является правителем, должен действовать в соответствии с Дао правителя, министр – с Дао министра и т.д. если же человек поступает иначе, то хотя он занимает пост правителя или министра и называется таковым, но по сути дела правителем или министром он не является. Конфуций считал, что, если «имена неправильны, речь противоречива; когда речь противоречива, дела не завершаются успехом; когда дела не завершаются успехом, не процветают правила поведения и музыка; когда не процветают правила поведения и музыка, наказания и штрафы налагаются неправильно; народу некуда поставить ноги и положить руки» (Лунь юй, гл.16).

Итак, рассмотрение проблемы исправления имен – это не простой каприз философа, но некая мистическая прелюдия к ритуалу, мистическое действо, призванное восстановив иерархический баланс Поднебесной, тем самым «умилостивить», волю Неба, тем самым сохранить вселенский миропорядок, нарушенный по причине медленного расслоения общества, нравственного и морального упадка, следствием которого и явилась некая лингвистическая и социальная аберрация, которая и внесла хаос и смуту в общество, лишив силу имен ( и названий) своей магической силы.

0

4

Идеальное государство Конфуция – социальная утопия воплощенная в жизнь.

Одна из легенд о Конфуции гласит следующее:
«День стоял жаркий, повозка уже не первый час тащилась по разбитой дороге. Престарелый Конфуций изнемогал от палящего солнца, но, следуя древним нормам поведения, ничем не выдавал своего недовольства. Наконец дорого свернула в тень деревьев, а вдали показалась гора Тайшань – одна из высочайших святых вершин Китая. « Сколь свято и сколь спокойно это место, - подумал Конфуций. – Счастливы люди, живущие здесь в умиротворении».
Из состояния благостных раздумий его внезапно  вывел пронзительный крик: какая-то женщина в голос рыдала над могилой. Конфуций остановил повозку и, согласно древнем ритуалу, несколько минут предавался печали вместе с незнакомой женщиной – ведь смерть объединяет всех, а затем послал своего ученика Цзы-лу спросить, не надо ли чем помочь.
- Вы так убиваетесь… Похоже, вы скорбите уже не о первой утрате, - сказал Цзы-лу.
- Да, так оно и есть, - горестно подтвердила  заплаканная женщина. – Когда-то от когтей свирепого тигра погиб мой свёкор.  А затем погиб и мой муж. Сегодня же я потеряла единственного сына – его тоже убил тигр.
- Так почему же вы не покидаете эту деревню? Разве можно жить в таком опасном месте?! – в недоумении воскликнул Цзы-лу.
- Зато здесь нет жестоких властей, - кратко ответила  женщина.
- Конфуций, слышавший этот разговор, согласно кивнул головой. Неизвестная женщина сумела выразить, может быть, самое потаенное, что носил в душе Великий Учитель . Когда Цзы-лу вернулся к повозке, Конфуций пристально посмотрел на него и произнес: «Запомни это, ученик. Жестокая власть страшнее свирепого тигра!».
Пожалуй именно в этой легенде и заключается вся основа учения Конфуция о государстве.   
Конфуций выдвинул такой идеал государственного устройства, во главе которого стоял бы единый верховный правитель, власть которого считалась бы священной, но была бы чисто номинальной. Реальная же власть должна принадлежать «жу», т.е. интеллектуалам, соединяющим в себе свойства ученых, философов, литераторов и чиновников. Конфуций не стремился создать религиозную доктрину и мало интересовался «сверхъестественным», однако он использовал традиционную веру в Волю Неба и культ предков при разработке своего социально-этического учения, в котором верховный правитель выступал как сын Неба и одновременном «отец и мать народа». Отношения между людьми в государстве на всех уровнях должны были быть установлены по образцу сакрализованной семьи, когда не только власть правителя, но и власть отца семейства рассматривалась как выражение Воли Неба.
Государственное устройство, соответсвующее Воле неба, как и поведение социализированного индивида, должно было отвечать двум основным требованиям – «гуманности» ( жень) и «благопристойности» (ли).
Идеал конфуцианского общества – это такое общество, где люди не выступаю средством друг для друга, а совместно реализуют Волю Неба. В «Шу цзине» и «Ши цзине» «должная справедливость» означает  умение правителя приносить благо своей стране. И выражает единство мудрости «чжи) и действия (син), основанное на добродетели ( дэ). Реализующееся посредством этико-ритуальной «благопристойности» и направленное на осуществление дао.
«Чжи» определяется как качество ума, избавляющее от страха, и является, согласно Мэн цзы, наряду с «гуманностью», «благопристойностью», должной справедливостью» и «благонадежностью» (синь), одним из пяти «постоянных свойств» ( у чан) «индивидуальной природы человека» ( син) [7, 240] .
Этико-политические идеи Конфуция обычно характеризуют как теорию управления с помощью добродетели (правил поведения), поскольку они выражают основные политические взгляды, присущие только «школе служилых» людей, созданной Конфуцием.
Он говорил: «Если руководить народом с помощью законов и вносить в народ порядок с помощью наказаний, народ будет стремиться избежать наказания и не будет испытывать стыда. Если же руководить народом с помощью добродетели и вносить в народ порядок с помощью правил поведения, народ будет знать стыд и исправится» (Лунь юй, гл.2)[17].
Здесь под добродетелью имеется в виду нравственное перевоспитание, а под правилами поведения — система правил, главным образом система родовых отношений.
Разрабатывая идеи государственного управления, Конфуций выдвигает поистине глубокие вопросы: « что заставляет служить человека государству», «как управлять народом», «каково должно быть отношения правителя и чиновника к народу».
  Итак, что же заставляет человека служить государству? По мнению Конфуция это внутренний этический принцип человека – его долг, долг сына перед отцом, отца перед чиновником, чиновника перед министром, министра перед государем, государя перед Небом; истоки этого долга уходят в глубокую древность,  когда все жили, опираясь на нравственные понятия, которые и старался вернуть к жизни Конфуций.  Для Конфуция понятие долга – это продолжение человеколюбия и справедливости как части Ритуала.
Долг… Долг во всем, и вся жизнь – высшее долженствование. В конечном счете долг по отношению к государю, к отцу, к старшим всегда оборачивается долгом человека перед Небом.
  По мнению Конфуция в государстве должно быть достаточно пищи, оружия и.. народ должен доверять правителю.
Один из его учеников задал Конфуцию вопрос: «Чем прежде всего из этих трех вещей можно пожертвовать, если возникнет крайняя необходимость?» Учитель ответил: «Можно отказаться от оружия». Цзы-гун спросил: «Чем прежде всего можно пожертвовать из оставшихся  двух вещей, если возникнет крайняя необходимость?» Учитель ответил: «Можно отказаться от пищи. С древних времен еще никто не мог избежать смерти. Но без доверия народа государство не сможет устоять»[3,141].

Итак, основной принцип на котором держится государство Конфуция –  это доверие.
Но каким образом достигается это доверие в строго иерархичном государстве?
Государственное устройство Конфуция строго иерархично, однако это отнюдь не значит что в нем царит социальная дискриминация личности – в идее государства Конфуция, каждый человека имеет свои обязанности и свою же внутриклассовую мораль: можно сказать что конфуцианское государство – это семья, где государь и сановники – есть главы, заботящиеся о младших – простолюдинах, которые, в свою очередь, должны быть почтительны к поставленным самим Небом чиновниках.
  Сановник, по мнению Конфуция, это тот, кто «может чувствовать стыд за свои поступки  и, будучи направленным в другие страны, не подведет своего государя».
  Однако, как бы не пытаться описывать мягкость этой системы управления, мнение Конфуция в отношении простолюдинов, все же однозначное – им практически закрыт вход в высшие слои власти: на вопрос о том, можно ли вместе с простолюдином служить государю, Конфуций дает ответ: «Пока он не получил чина, он боится, что может не добиться его, когда же он получит его, он боится его потерять. Боясь же его потерять, он готов на все», - точно выражая психологический портрет низкорожденного человека, и с этим довольно трудно не согласится. 
   Конфуций полагал, что прежде чем управлять народом, его необходимо сделать богатым, поучая и воспитывая его.
Основа управления – это доверие и справедливость, заключающиеся в том, чтобы  «выдвигать справедливых людей и устранять несправедливых».
Цзи Канцзы спросил: « как сделать народ почтительным, преданным и старательным?» Учитель ответил: « Если вы будете в общении с народом строги, то народ будет почтителен. Если вы проявите сыновнюю почтительность к своим родителям и будете милостивы к народу, то народ будет предан. Если вы будете выдвигать добродетельных людей и наставлять тех, кто не может быть добродетельным, то народ будет старательным»[10,641].

Итак, по Конфуцию, управлением государства следует заниматься, «почитая пять прекрасных и искореняя четыре отвратительных качества»:
http://i069.radikal.ru/1003/31/146d1b86eb64.jpg

«Цзы-чжан спросил: «Что называется в доброте не расточителен?»
Учитель ответил: « Приносить народу пользу, исходя из того, что полезно для народа. Разве это не доброта без расточительности? Кто в народе будет гневаться, если труд народа будет посильным? О какой алчности может идти речь, если желая обладать человеколюбием, достигаешь ее? Благородный муж, не делая различий между толпой и одним человеком, низкостоящим и высокостоящими, не проявляет инертности. Разве это не величие без гордости? Благородный муж содержит в порядке свою одежду и головной убор, он смотрит с уважением. Благодаря его достоинству народ, глядя на него, чувствует почтение. Разве это не вызывание почтения без жестокости?»
Цзы-чжан спросил: « Что называется четырьмя отвратительными качествами?»
Учитель ответил: « Если народ не поучать а убивать – это называется жестокостью. Если народ не предупредить, а затем выразить недовольство, увидев результаты труда – это называется грубостью. Если настаивать на быстром окончании работы, прежде дав указание не спешить, - это называется разбоем. Если обещать награду, но скупиться ее выдать – это называется жадностью»[3,150].

Как и говорилось выше – государство Конфуция строго иерархично – его образуют четыре класса людей, различающихся степенью обладания мудростью. К высшим категориям принадлежат обладающие от рождения высшим знанием и приобретающие его посредством учения – благородные мужи, составляющие основу порядка. Две низших категории образуют те, кто учится с трудом или вообще не способен к знаниям. Это народ, который во имя сохранения порядка можно и нужно заставить повиноваться, хотя и нельзя заставить понимать почему[2,24].

Однако, повторяясь еще раз, нужно заметить, что это не совсем тирания,  и что даже низкорожденный человек все же имеет реальный шанс улучшить свое положение в обществе.
  Еще в  эпоху Цинь под влиянием легистов были введены государственные экзамены на занятие должностей. Но если легисты главный смысл отбора чиновников видели в том, чтобы добиться полного контроля правителя над страной , то конфуцианцы основную цель экзаменов видели в том, чтобы получить объективную картину степени подготовки, уровня знаний и способностей кандидатов. Человек, успешно сдавший экзамены на степень сюцай и шеньши пополнял собой ряды кандидатов на занятие должности чиновника, выполняя обязанности либо писца, либо делопроизводителя при канцелярии чиновника. Обладатель степени шеньши, как правило, вскоре получал должность, а вместе с ней и большое  жалованье и немалые побочные доходы и, в конце концов, становился землевладельцем. Для занятия более высоких должностей необходимо было сдавать экзамены более высоких степеней, но уже обладание степенью шеньши автоматически причисляло человека к числу избранных людей, даже если ему не удавалось до конца жизни получить  должность чиновника.
Фактически в Китае был создан культ конфуцианской цивилизации и конфуцианства. Конфуцианство, включающее в себя множество конфуцианских традиций, рассматривалось как практическое воплощение священной воли Неба и всех, кто не был причастен к этой традиции, китайцы считали варварами и людьми низшего сорта. Претерпев взлеты и падения, культ конфуцианства достиг своего апогея в 17 в., но и в дальнейшем он оставался и остается наиболее почитаемым культом.
Лишь благодаря конфуцианству грамотный человек, даже просто учась, повышал в глазах окружающих свой социальный статус и пользовался у них почетом, славой и уважением. Еще большим уважением и славой пользовался человек, успешно сдавший экзамены и получивший степень сюцай [7,242-243].

0

5

Этические аспекты в учении Конфуция.   

Учение Конфуция часто характеризуют как социальную этику.
В рассуждениях о Дао,  Конфуций продолжает и развивает древнюю традицию, подчеркивая в содержании Дао единство двух начал – человеческого  и небесного. Дао может существовать в  Поднебесной только
поддерживаемое усилиями людей, иначе Поднебесная может вообще утратить Дао. В этом и заключается Дао каждого человека, которое может быть прямым и кривым, большим и малым, присущим благородному мужу и ничтожному человеку. Человеческие лики Дао конкретизируются Конфуцием в понятии дэ – человеческая благодать-добродетель. Дэ есть внутреннее качество каждого индивида и даже каждой вещи. Качество, которое обеспечивает наилучший способ индивидуального существования. В этом смысле дэ сродни инстинкту самосохранения и жажде жизни. Дэ – это внутренняя сила, которая противостоит внешним воздействиям. Идеальное воплощение дэ для Конфуция – гуманность – жень. Дэ и его воплощение в жень – то, благодаря чему Дао осуществляется в Поднебесной.
Слово жень употребляется и как человек среди людей. Сам же Конфуций использует его в значении доброта правителя к подданным, настаивая при этом, что  жень – это исключительно качество благородного мужа, не присущее ничтожному человеку.
Любой обряд или ритуал, форма поведения в семье, обществе, государстве – это не просто формальность, дань прошлому, но и поддержание баланса доброты и ненависти в мире, сохранение равновесия в человеческих отношениях, гармонии Неба и Поднебесной. Для Конфуция жень и ли – это парные понятия – единство внутреннего и внешнего в человеке, основывающегося на познании человеком собственно своей небесной природы. Поэтому Дао у Конфуция, и в еще большей степени у его последователей, это путь золотой середины; чтобы управлять людьми, надо научиться управлять собой; чтобы познать окружающий мир, надо признать себя; чтобы возвыситься, надо преодолеть себя. Путь золотой середины  - это путь познания взаимосоответствия  людей своему предопределению, вещей – своему предназначению в жизни человека, Поднебесной – своему небесному закону – Дао [8,63].

Центральным понятием его этики является «жень», которое обычно переводится как гуманность, человечность, человеколюбие.
  Оно выражает требование доброжелательности, уважительности, почтительности, верности долгу и взаимности в отношениях между людьми и рассматривается как цель нравственного совершенствования. Отсюда вытекают сформулированные Конфуцием моральные требования: плати добром за добро и справедливостью за зло, познавай себя, уважай и люби старших, строго соблюдай существующий порядок, почитай предков, заботься о младших. Одним из важнейших правил Конфуций считает требование не делать другим того. Чего не желаешь себе.
Принцип «жень» дополняется у конфуция понятием «сяо», выражающим суть взаимоотношения младших к старшим по возрасту и общественному положению, - это сыновняя преданность, почтительность и любовь, поддерживающая установленный небом порядок, опирающийся на представление, что император – сын неба, осуществляющий его волю, он отец всех населяющих Поднебесную.
В морально-психологическом аспекте « гуманность» понимается как любовь, жалость и сострадание к людям, в социально-этическом – как правильное отношение одного человека к другому, в этико-метафизическом плане «гуманность» трактуется как интегрированность отдельной личности в мировое целое.
В «Лунь юй» Конфуций определяет «гуманность» как любовь к людям и как преодоление себя и возвращение к ритуальной благопристойности, а в качестве основных способов реализации гуманности он называет «преданность» (чжун) и «великодушие», «отзывчивость» ( шу).  Согласно «Лунь юй» «преданность» означает «утверждать других в том, в чем желаешь утвердиться сам, подвигать других на то, на что желаешь подвигнуться сам», а «великодушие» ( «отзывчивость») он формулирует в виде «золотого правила» общей характеристики должного поведения: «Чего не желаешь себе, не делай другим» Ученик Конфуция, Цзен-цзы, объединил эти два правила в одно (чжун шу), определяющее, по его словам, «путь (дао) мужа». У Конфуция «жень» выступает как неотъемлемый признак «благородного мужа».
Конфуций, обеспокоенный разложением общества, сосредотачивает внимание на воспитании человека в духе уважения и почтительности по отношению к окружающим, к обществу. В его социальной этике личность является личностью не «для себя», но для общества. Этика Конфуция понимает человека, в связи с его социальной функцией, а воспитание – это подведение человека к надлежащему исполнению этой функции. Основы морального воспитания закладываются в семье. Культивирование жэнь начинается с выработки сяо (сыновней почтительности) и ди (братской любви и уважения). Как-то Ю-цзы сказал Конфуцию, что сяо и ди представляют собой основу жэнь (1,2). И, как уже говорилось, развитие добродетели совершается в ходе процесса социализации, при помощи практики ли. Таким образом, ли играет ведущую роль в процессе морального воспитания, что в свою очередь, является основой формирования социального порядка. Помимо ли, как подчеркивал сам Конфуций, важное значение в процессе воспитания имеют музыка и литература.
Таким образом, Конфуций обращался прежде всего к человеческому сердцу, то есть к моральным основам личности.
Идеальное общество – общество, в котором отсутствует преступность и насилие, - возможно только тогда, когда каждая личность достигнет в своем развитии реализации жэнь. Тогда идеальное общество возникает как бы само собой. В книге «Дао сюэ» («Великое учение») об этом сказано следующее:
Когда человек совершенствует свою добродетель, регулирует семейные отношения, когда семейные отношения урегулированы, в государстве воцаряется порядок, когда же в государстве воцаряется порядок, наступают порядок и спокойствие во всей Поднебесной.
Совершенствование добродетели является корнем или основанием порядка для всех – от простолюдинов до Сынов Неба [18].

Итак, по мнению Конфуция, человеку должно стремиться улучшить свои моральные качества, так как именно на них покоится процветание государственного устройства, соблюдается «срединный путь», сохраняется Дао, веди тот, кто искренне стремится к человеколюбию, не может совершить зла.
Несмотря на строгую иерархичность государственного устройства – человек, даже рожденный в аристократической семье, еще сам по себе не может быть «благородным мужем» и уж тем более, «совершенномудрым» - это звание нужно заслужить:  в этом суть долга человека заключающаяся в постоянном улучшении своих моральных качеств: «Человек может сделать великим путь, которым идет, но путь не может сделать человека великим», - учит Конфуций.
  « Направь свою волю на достижение правильного пути, придерживайся принципов морали, поступай в соответствии с человеколюбием, упражняйся в искусствах», - говорится в «Лунь юй»[10,652].

В своем этическом учении  о человеколюбии, Конфуций советует человеку быть всегда почтительным, проявлять уважение даже тогда, когда исполняешь работу, по отношению к людям проявлять преданность. О всех этих качествах человеколюбивому и мудрому мужу не стоит забывать даже в том случае, если он «отправляется к варварам».   
« Для людей человеколюбие важнее, чем вода и огонь. Я видел как люди, попадая в воду и огонь, погибали. Но не видел, чтобы люди, следуя человеколюбию, погибали»[3,146] - таково мнение великого учителя.
  Но кто может назваться «человеколюбивым»?
По мнению самого Конфуция, этот титул может носить лишь тот, кто способен проявить в Поднебесной пять качеств:
1. Почтительность;
2. Обходительность;
3. Правдивость;
4. Сметливость;
5. Доброта.
Если человек почтителен, то его не презирают. Если человек обходителен, то его поддерживают. Если человек правдив, то ему доверяют. Если человек сметлив, он добивается я успехов. Если человек добр, он может использовать других.
   Однако, даже на пути совершенствования нужно придерживаться срединного пути, и избегать пороков, в которые может впасть любой человек. Таких пороков Конфуций насчитывает шесть:

http://s40.radikal.ru/i090/1003/e7/d4d5f0a22545.jpg
Конфуций искренне верил в то, что «благородный муж», своим внутренним этическим светом может озарить весь мир, изменить его к лучшему, даже там где царят варварские нравы: «Учитель хотел поселиться среди варваров. Кто-то сказал: « Там грубые нравы. Как вы можете так поступать? « Учитель ответил: « если благородный муж поселится там, будут ли там грубые нравы?»[3,139].

Учение Конфуция – это прежде всего знания о человеческом в каждой личности, и в этом смысле Вселенная для него антропоцентрична, т.е. человек в ней – центр и высшая цель мироздания.
Но должен быть и некий образец истинного человека. Конфуций называет его благородным мужем, воплотившим в себе все благородные свойства – мужество и гуманность, искренность и человеколюбие, умеренность в желаниях и преданность, чувство долга и справедливость, не даром
"Лунь юй" начинается (1, 1) и окончается (20, 3) высказываниями, в которых говорится о необходимости учиться и о благородном муже. Эти две взаимосвязанные мысли пронизывают все произведение, свидетельствуя о том, что учение Конфуция есть одновременно программа личностного самосовершенствования.

0

6

Учение о «Благородном муже».

Понятие благородного мужа ("цзюнь-цзы") упоминается в "Лунь юй" почти столь же часто, как и понятие человеколюбия ("жэнь"), - 107 раз[15,]
Благородный муж
есть идеальная личность не в смысле ирреальности совершенной личности, а в смысле воплощенности идеала. Это  личностный образец, являющийся работающим критерием оценки; он вполне соотносим с определенными живыми индивидами.
Образ благородного мужа идеален.

У Конфуция понятие благородного мужа имеет два смысла: принадлежность к аристократическим сословиям и человеческое совершенство. Принадлежность к аристократическому сословию не гарантирует человеческого совершенства, ибо оно достигается в процессе упорной духовной работы. В то же время на человеческое совершенство могут претендовать не только привилегированные индивиды.
Учитель сказал: "В деле воспитания нельзя делать различий между людьми"
Благородный муж является средоточием всех совершенств, персонификацией конфуцианских представлений о человеке. Он стремится познать дао, правильный путь, думает о том, чтобы быть искренним и правдивым в словах, честным и почтительным в поступках, не стыдится своих поступков: "Не зная воли [неба], нельзя стать благородным мужем" (20, 3); "Благородный муж думает о морали".
Основной практической средой, в которой благородный муж может наиболее полно развернуть свои качества, является сановная деятельность. Для Конфуция большая политика - всего лишь продолжение и завершение
задаваемой ритуалом упорядоченности общественной жизни, наряду и до государственного управления существует управление, состоящее в том, чтобы проявлять сыновнюю почтительность и быть дружным с братьями
Сановная деятельность благородного мужа призвана гарантировать соответствие государственного управления этим первичным формам управления - ритуалу; через благородного мужа осуществляется синтез политики и этики. Насколько политике необходим благородный муж, настолько же благородному мужу нужна политика, ибо она предельно расширяет его возможности воздействия на состояние дел в обществе.
Итак, благородный муж - опора государства, строго следующие принципам «жень», «сяо» и «ли». Их обязанность – наставлять народ в добродетели путем примера, а если нужно, применяя силу.
В иерархии человеческих существ «благородный муж» ( Цзюнь цзы) стоит ниже «совершенномудрого» (шен), но так же, как и последний, способен воздействовать на других своим примером ( дэ-добродетельно). Как носитель конфуцианских добродетелей, следующий Воле Неба, «благородный муж» помимо жень должен обладать «благопристойностью» (ли). Термин «ли» означает не только «благопристойность», но и «этикет», «этика», «этико-ритуальные нормы». В «Лунь юй» требование благопристойности определяется так: «не следует смотреть на несоответствующее ли, не следует слушать несоответствующее ли, не следует говорить несоответствующее ли»[7,240].

Духовную основу всех качеств «благородного мужа» составляет учение о «великой морали» (да дэ), которая имеет «небесное происхождение» Небо в состоянии наградить человека совершенными качествами, которые и воплощены в «благородном муже».
«Благородный муж» обладает «5-ю добродетелями» :
1.Жень (человеколюбие) врожденное чувство человека, совокупность этических и социальных принципов: милосердия, сдержанности, скромности, доброты, сострадания, любви к людям, альтруизма и т.д.
2. И ( долг) – определенное моральное обязательство.
3. Ли ( нормы поведения) – включает в себя такие понятия, как «церемонии», «благопристойность», «правила этикета», «обряды».
4. Чжи (знание) – сводится к изучению древних книг и заимствования опыта предков. Новое оценивалось только с позиции старого опыта.
5.Синь ( верность) – покорность и искренность по отношению к  начальнику, правителю.
Все это базировалось на принципе сяо – сыновнего благочестия, т.е. любви сына к отцу[11,71].

Итак, основные качества благородного мужа можно выразить следующим образом:
http://s39.radikal.ru/i085/1003/f0/bd7dd1ddd4c9.jpg
http://s53.radikal.ru/i140/1003/00/9c32324e2567.jpg

Итак, «Благородный муж ко всему подходит в соответствии с долгом; совершает поступки, основываясь на ритуале, в словах скромен, в поступках правдив», - именно таков «Благородный муж» по мнению Конфуция.
В иерархии человеческих существ благородный муж стоит ниже совершенномудрого, но так же, как и совершенномудрый, он может воздействовать  на маленьких людей, «как ветер на траву». Это положение стало основным пунктом расхождения взглядов Конфуция и представителей школы моистов,[8,62] настаивающих на едином критерии нравственности для всех людей.
По Конфуцию, благородный муж «не должен уметь многое», как свидетельствовал Конфуций, и ремесла – не его занятие: он должен освоить то, что дано изначально, и поэтому, не овладев ничем в отдельности, «он может знать все».
О себе Конфуций отзывался критически. Он ни разу не назвал себя благородным мужем, считая это состояние не недостижимым пределом стремлений. «  благородного мужа три моральных принципа, но я не могу их осуществить. Обладая человеколюбием, он не печалится; будучи мудрым, он не сомневается; будучи смелым он не боится»[3,144]

Благородному мужу, в учении Конфуция противостоит низкий человек (сяо жэнь). Понятие «сяо жэнь» многозначно: это человек низкий по своим нравственным помыслам, темный по умственному развитию, возможно
также, простолюдин по социальному положению (во всяком случае несомненно, что не всякий простолюдин обречен остаться сяо жэнь). Словом, он во всем является антиподом благородного мужа. Это своего рода анти идеал; то, от чего человек должен уходить. Термин "сяо жэнь" употребляется в "Лунь юе" 24 раза, из них 20 раз в значении человека, лишенного добродетели [15].

Если взять основные признаки низкого человека, то они состоят
в том, что он смотрит вниз, думает о том, как бы получше устроиться, извлечь выгоду, не умеет переносить трудности, нужду, не имеет в себе человеческого терпения и "предъявляет требования к людям" (15, 20), склонен к раздорам, даже "может заняться разбоем" (17, 22).
Словом, в поведении низкого человека природная детерминация довлеет над
этической. Это человек грубый, неотесанный, своевольный не просто по внешнему виду и манерам, но еще и в том глубоком смысле, что для него
ритуал, представления о человеческом приличии и достоинстве не стали определяющими мотивами поведения.
Важно подчеркнуть: в отношении человеческой судьбы нет космического или антропологического предопределения. Подобно тому как благородный муж выделывает сам себя в упорных трудах, так и низкий человек является результатом нерадения индивидов о самих себе.
Человек но своим изначальным возможностям открыт как добру, так и злу. Сяо жэнь есть актуализация возможности зла. Причина этого, согласно Конфуцию, заключается в том, что низкий человек тянет на себя, к своей
выгоде; он не умеет правильно построить свои отношения с другими людьми, ему чужда идея взаимности. Низкие, как говорит Конфуций, "следуют [за другими людьми], но не живут с ними в согласии" (13, 23).
Благородный муж - редко доступная вершина нравственного развития личности, связанная с деятельностью государя и его советников. В человеческой повседневности жэнь (человеколюбие) приобретает форму сыновней почтительности, а в государственно-управленческой
деятельности - благородного мужа.
Человек может стать благородным мужем не раньше, чем сам станет отцом. Оба этих объяснения вполне совмещаются, если учесть, что сановная деятельность была уделом отцов - людей в возрасте, опытных, зрелых.
  Сравнить «Благородного мужа» и «сяо жень» - можно на примере следующей таблицы:
http://s47.radikal.ru/i115/1003/db/0df80d481b1b.jpg
  Итак, «Благородный муж» стремится к основе. Когда он достигает основы, перед ним открывается правильный путь.

0

7

Итак, китайская философия создала самобытное представление о человеке и мире как созвучных реальностях. Начало китайского философского мышления, подобно тому как это было позже в Древней Греции, уходит своими корнями в мифологическое мышление.
Стержнем конфуцианской традиции является вера в возможность создания морального общества, или государства.
Цель учения Конфуция – восстановить древние принципы. Он считал себя хранителем и толкователем мудрости древних мифических правителей Яо, Шуня и Юя. Конфуций говорил: « Я толкую, но не создаю Я верю в древность и люблю ее». Он утверждал, что если все будут придерживаться морально-этических  принципов, то на земле восторжествует справедливость.
Важная роль в конфуцианстве отводилась культу неба. Небо –высшая целенаправленная сила, определяющая судьбу всех жителей Срединного государства – от простолюдина до правителя. Небо, по Конфуцию, всемогущая сила, олицетворение разума и высшей справедливости.
Конфуцианство стало именно той философией, которая реально воплотила часть своих идеалов в жизнь.
Глубокое уважение к традициям древности и хранителям традиций оформилось у Конфуция в идею правильного государственного устройства, в котором при наличии духовно-возвышенного, практически бездействующего правителя реальная власть принадлежала бы чиновникам-интеллектуалам, то есть жу. Так жу, стало символом и названием всей конфуцианской философии.
Конфуцианство стало именно той философией, которая реально воплотила часть своих идеалов в жизнь.
Теории познания Конфуция присущ ярко выраженный дуализм. С одной стороны, он признает существование «обладающих знаниями от рождения», т. е. считает, что познание дано от природы, принесено от чрева матери. Это чистейший трансцендентальный идеализм. С другой стороны, он не отрицает, что наряду с «обладающими знаниями от рождения» имеются  «обладающие знаниями благодаря учению», т. е. признает, что познание приобретается последующим после рождения учением. Это — ясно выраженное положение материализма.
Сам институт государства, наряду с другими культурными достижениями. Согласно традиционным представлениям, был подарен людям совершенномудрым, культурными героями древности, а это предполагало, что данное средство должно находиться в гармоничном взаимодействии с благими целями, способствующими окультуриванию человека. Понимание важности института усиливалось уверенностью, что это необходимое и целесообразное средство налаживания согласия в социуме обеспечивало гармонию и на космическом уровне. Объединение массы людей в структуре государства способствовало гармонизации усилий входивших в него членов. Государство строилось по принципу иерархии совершенства и воплощало собой живой организм, нацеленный на взаимовыгодный обмен энергией между всеми членами общества.
Конфуций – один из первых, кто сформулировал для человека задачу самосовершенствования.
Свою работу хотелось бы окончить цитатой профессора Торчинова:
«В европейском мировоззрении, будь то платоническая философия, христианская теология или научная теория, происходит удвоение мира и его идеальной конструкции. Для китайского же натурализма мир един и неделим, в нем все имманентно и ничто, включая самые тонкие божественные сущности, не трансцендентно. В идеальном мире западного человека действуют абстрактные логические законы, в натуралистическом мире  китайца – классифицированные структуры…
Социальным следствием подобного «здравомыслия» стало то, что в Китае философия всегда была царицей наук и никогда не становилась служанкой богословия»[4,15]

       Список литературы.

1. История философии. ( Общий курс) С.Н. Мареев. Е.В. Мареева. М. «Академический проект» 2003.
2. В. А. Кондрашов. Этика. Ростов-на-Дону Изд. «Феникс»  2004.
3. Восточная философия. Минск. «Харвест» 2006.
4. Е. А. Торчинов. «Пути философии Востока и Запада: Познание запредельного». Санкт-Петербург. Изд. «Петербургское Востоковедение» 2005г.
5. История религий. Под общей редакцией проф. И.Н. Яблокова.   Москва. Изд. «Высшая Школа» 2002г.
6. А.Н. Чанышев. Курс лекций по Древней и Средневековой философии. М. «Высшая школа» 1991г. 
7. Религиоведение. Учебное пособие под редакцией проф. Лобазова П.К. Харьков. Изд. «Одиссей» 2005.
8. История философии Харьков Изд. «Консум» 2002.
9. Г.В. Гриненко. История философии. Москва. «Юрайт» 2004г.
10.  Антология мировой философии ( Древний Восток).    Москва. Изд. АСТ 2001.
11.История религий. И. А. Козловский. Изд. «Норд-Пресс» Донецк –2004.
     12. Краткий очерк истории философии. Изд. Социально-экономической литературы. Москва 1960г.
  13. Философия. Под общ. Редакцией акад. В.Г. Кременя, проф. Н.И. Горлача. Харьков «Прапор» 2004г.
  14. История философии в кратком изложении. Москва. «Мысль» 1991г.
         
Интернет издания:
15.А.А. Гусейнов. «Великие Моралисты»  --
16 . Конфуций http://www.shaolin.ru/Server/Confucius.htm
17. http://galactic.org.ua/f-i/h-f-ict8.htm  Философия Конфуция.
18 . Джозеф С.Ву.  Конфуций. http://www.chinadata.ru/kongzi.htm

Germania30

0

8

Что-то я по конфуцианству совсем "по нулям". Если друг написал - тем более надо прочесть  8-)

Отредактировано Gaul (2010-03-24 02:35:37)

0

9

Gaul
Доброе утро!

Gaul написал(а):

тем более надо прочесть

Если есть желание, конечно прочтите.
Впрочем, работа, не являюется такой уж серьезной, что видно хотя бы из списка литературы.
Увы, для написания работы, срок, как  всегда  - неделя, а то и меньше.
Так что детально и качественно проработать материал никогда не удается.   
Конечно для этой работы нужно взять учебник китайской философии, Лунь юй, более детально уделить внимание работам Торчинова.
Но в целом, вводную и общую характеристику учения Конфуция я дал.
Как правило, из наших учебников по философии, религии и т.п. литературы, многие тонкости религий проследить, увы, не удается.

p\s
Возможно в тексте будуn некоторые нестыковки, так как при размещении материала я подчищал  разделы так сказать находу. :shine:

0


Вы здесь » Наследие предков » 9-й Научный отдел "OST" » Конфуций и его учение